Андрей Медведев: В тезисе «русских создал Сталин, потому что именно при Сталине современная национальная идентичность доползла до великорусских крестьянских масс» проблемой мне кажется даже не столько сомнительность того...
В тезисе русских создал Сталин, потому что именно при Сталине современная национальная идентичность доползла до великорусских крестьянских масс проблемой мне кажется даже не столько сомнительность того, насколько в действительности был вненационален тамбовский/тверской/вятский/и т.п. крестьянин, а то, что он опять возвращается к русской личностецентричности исторического взгляда.
Сельский народ превращает в модерную нацию абсолютно понятный набор вещей: урбанизация, индустриализация, централизованное государство, воинская повинность, массовая начальная школа, всеобщая грамотность, газета, радио. Эти вещи сформировали нации в России, Франции, Германии, Турции, Японии, Китае, Иране, Малайзии и т.п. в разные периоды, при разных режимах и при разных правителях но в конечном итоге у них у всех один создатель: великая всемирная модернизация 18-20 веков.
Безусловно, до медианного сельского русского многие из национализирующих факторов дотянулись во время правления Сталина, и сталинизм повлиял на то, в каких именно формах это произошло. Но не Сталин изобрёл радиосвязь, не Сталин заставил людей начать переезжать в города, и не Сталин придумал в 7 лет сажать ребёнка за школьную парту. Это становится яснее, если сравнить с другими нациями. То, что средний француз окончательно понял, что он француз, где-то при Наполеоне III, а массовая немецкая идентичность созрела при Бисмарке, имеет абсолютно ничтожное значение для самосознания современных немцев и французов. Анекдот истории.
Проблема современной русской идентичности как раз в том, что она слишком привыкла идти рука об руку с авторитарными идеологиями и нездоровыми формами государственничества. И назначая Сталина повитухой русской нации, мы только льём воду на мельницу этой дурной тенденции аналогично с теми людьми, кто считает Сталина единоличным архитектором победы во Второй Мировой.
Брандербергера, конечно, надо когда-нибудь прочитать. Но вообще же ключевая задача в рамках освобождения русской идентичности из паутины апологетики деспотизма это, парадоксально, нормализация русского XX века не в смысле его оправдания, а в смысле преодоления ложной, в конечном итоге, мысли о советском как о каком-то инопланетном вирусе или еврейском заклинании, никак не связанном с русским народом. Это был наш XX век, и мы его прожили, как и большинство народов, скверно, хуже многих пока мы его (справа) не примем и (слева) не оставим в прошлом, мы не сможем его по-настоящему осмыслить и пойти дальше.